Карабахский мальчик, выпускник Киевского института им. Карпенко-Карого, автор звездных фильмов, среди которых культовое кино уже нескольких поколений «Полеты во сне и наяву», – Роман Балаян, к сожалению, не слишком много снимает, а говорить тем более не любит. С 11 марта в прокат выходит его последняя по времени картина «Ночь светла», который будет демонстрироваться в кинотеатрах сети «Баттерфляй».

Сценарий фильма написан им вместе с Рустамом Ибрагимбековым по мотивам рассказа молодого украинского писателя А. Жовны «Эксперимент». Это светлая история с элементами мелодрамы о жителях и наставников интерната для слепоглухонемых детей.

Фильм полный визуальных эмоций и неповчальних размышлений о долге и любовь, призвание и нравственность. Впрочем, «ЗН» уже писало о картине, а я рекомендую ее посмотреть. Ведь в последнее время у нас не очень много добра и в жизни, и на экране. К счастью, выход ленты в прокат послужил поводом для разговора с режиссером.

- Роман Гургенович, ваши киноработы зрители любят и хорошо знают, критики ностальгически вспоминают некоторые из них, ставшие хрестоматийными. Можно было бы почивать на лаврах, используя давно найденное вами. Да вы продолжаете поиск, вопреки недовольному шепот. Зачем искать новые формы, когда стилистику старых уже с одобрением принято?

- Никогда не искал новой стилистике, искал лишь тему, затрагивающую. В свое время «Полеты …» стали для меня и гражданским болью, и, если хотите, гражданским поступком. По большому счету, меня не интересуют сильные герои, супергерои. Дух сомнения, которым одержимы мои герои: хорошие они или плохие, очень важен для меня.

- Сейчас все стремятся создавать блокбастеры, вы берете «тихую» тему? Убеждены, что это сегодня нужно, что это смотреть?

- Люди углубились в себя и не видят беды других. Человек отделяется, считает свои проблемы наиболее острыми, которые трудно решить. А прожив некоторое время с героями «Ночь светла», углубившись в «параллельное» жизни, приобретаешь иного взгляда на происходящее. Эти дети обладают чем-то таким, чего лишены обычные люди. Это и есть моя маленькая ставка, которую предлагаю зрителю. Кому-то понравится, кому нет – и это нормально. Однако даже те, кому не понравится фильм, уйдут с кинозала благодарными судьбе, что они не настолько обделены в жизни, как дети в этой картине.

- Начинается прокатная судьба вашего фильма в Украине. А вообще какова его прокатная судьба?

- Есть такой термин – ограниченный прокат. Картина прошла в Москве, Екатеринбурге, Самаре, еще в каких городах России, и для фильмов с ограниченным прокатом показатели очень неплохие, хотя я и не знаю точных цифр.

- Сейчас у нас очень много спорят о судьбе украинского кинематографа. Прошли слушания, никаких радикальных решений не принято, а разговоры продолжаются. Как вы думаете, есть ли у национального кинематографа перспективы?

- Успех сегодня, как ни странно, зависит во многом от состояния кинопромышленности, а не от самих режиссеров. Существовала недооценка влияния государства на кинопроцесс – а это очень важно для страны. Именно через кино страна может быстрее позиционироваться мира. В России это поняли давно и занялись государственным протекционизмом. Сейчас они перешли на работу с телеканалами.

30% дает государство, остальное – каналы, но последние забирают 70% права на прокат. И это замечательно, поскольку каналы рекламируют фильмы бесплатно как по телевидению, так и во всех видах рекламы. Необходимо привлечь украинские телеканалы субсидировать кинопроизводство, отдав им права. Такой путь более реальный и перспективный, чем государственное финансирование. Ну а льготы будущим инвесторам должно предоставить государство.

- Но может ли наш весьма ограниченный рынок работать только на себя, производя национальный продукт, который не будет интересен в мире?

- Это уже вопрос другой. Является интересным наше кино за пределами Чопа или Хутора Михайловского. У нас очень много внутренних проблем, есть внутренняя конъюнктура. Убежден, определенное количество фильмов должно быть и об этом. Но основное направление – то, что интересно и мира. Другое дело, как это делать. Может, нужно кооперироваться с зарубежными производителями, ведь так принято во всем мире. Не знаю, как эти фильмы будут идти там в прокате, но это уже лучше, чем вообще ничего. Вот такая стратегия нужна: интеграция в Европу и наоборот.

- Извините за вопрос: откуда претензии, которые предъявляет вам Юрий Ильенко?

- Начну с того, что его интервью в «Украинской правде» полна ксенофобии. Причем неприкрытой. Я, оказывается, «пятая колонна». Все эти рассуждения о нацменьшинства просто за границей. Далее, после тирады о нацменьшинства, он переходит на мое лицо и извещает Президента Ющенко о том, что он, Юрий Ильенко, перешел в национальную оппозицию еще в октябре 2003-го, когда Виктор Андреевич вручил премию мне, а не молодому дарование.

Относительно молодого дарования он снова кривить душой, хорошо зная – за вклад в искусство вручают «летним», а не молодым. Так, говорили, там фигурировала фамилия Ильенко, но почему-то дали мне. Это ему очень не понравилось. Но меня даже не это поразило. Он пишет в «Украинском слове»: дали премию тому, кто считает ничто украинское кино, его артистов, режиссеров, сценаристов.

Говоря о кинопроцесс, я всегда касался лишь вопрос сценаристов, с которыми у нас действительно трудно, один-два человека дела не решат. Необходимо минимум 10-15 профессионалов. Нужно найти талантливых людей и отправить их учиться. Чем быстрее, тем лучше. Поскольку на Западе успех и окупаемость будущего фильма определяется еще на этапе сценария, уважаемые господа. Что же касается господина Ильенко … У этого человека болезненная самовлюбленность. Его огорчает и ужасает, что высокое мнение о себе самом не совпадает с общественным о нем же.

- Авторское кино может появиться само по себе, не в недрах индустрии?

- Оно вообще появляется только вопреки чему-то.

- Вы много внимания уделяете организации кинопроцесса, работаете как исполнительный продюсер в производстве российских сериалов и очень редко мы видим работы Балаяна-режиссера. Какие в этом плане перспективы?

- Нашел интересный сценарий с элементами фантастики. Это, скорее, фэнтези, доступные каждому. Отдал продюсерам. Если пройдет, я не против всерьез порадоваться в новом для меня жанре открытого кино.